Фольклор детства. Продолжение.
Помню только начало, как парни пели, что этот самый гоп «родился где-то под забором, черти (?) окрестили его вором, а потом там пелось:
...дядька рыжий с бородою
окатил меня водою
и назвал меня он «Гоп-со-смыком»
Таким образом было ясно, что речь шла об имени собственном человека нелёгкой воровской доли.
И я хорошо запомнил, что внутри песни были ещё слова:
«Гоп-со-смыком это буду я,
Воровать – профессия моя
и потом в каком то-месте рефреном:
«Гоп со смыком – это будет песня
Сто двадцать пять куплетов всем известны...»
Больше ничего не помню. Но – великое дело Интернета подоспело, и тайна «Гопа со смыком» оказалась легко открываема.
Некто Фима Жиганец, он же Александр Сидоров подробно разбирает бесчисленгные варианты песни вот здесь .
А мы с вами перейдём к другой, песне – не песне, но к так называемым «околоматерным каламбурам» с эффектом «обманной рифмы», составлявшей часть нашего детского фольклора.
Ещё у Козьмы Пруткова есть бессмертное : «Тому удивляется вся Европа, Какая у полковника обширная шляпа. *
Да, а полковник, кстати, совсем не удивлялся:
*Чему удивляться? Обыкновенная, с черным султаном. Я от формы не отступаю.
А мы беспечно напевали, радуясь жизни, такие вот каламбуры, которые можно условно назвать по героя первой строки:
ВАНЬКА-ХОЛУЙ
Ехал на ярмарку Ванька-холуй,
За три копейки показывал ху —
Художник, художник, художник молодой,
Нарисуй мне девушку с разорванной пи —
Пиликала гармошка, играл аккордеон,
А маленький Антошка натягивал га —
Гага северная птица
И мороза не боится, —
Целый день сидит в гнезде
И копается в пи...
Пираты-пираты, хотели воевать
А потом раздумали
Стали баб е....
Ехал на ярмарку Ваька – холуй.
И так по кругу.
Само-собой в других краях были варианты этого стишка, которые отличались. Тот же интернет даёт строчки, которых мы не знали:
Уже в школе, помнится, Серёга Алексеев, ныне покойный, как порядочно уже моих ровесников, пел другой околоматерный каламбур:
В универмаге наверху я
Купил доху я на меху я
И с той дохой дал маху я
Доха не греет … нисколько.
А если пойти дальше, до уже в студенческие годы разучивали вот это:
НЕМАН – ДИВНАЯ РЕКА
Охуе —
Ох, у ели мы прощались,
Охуе —
Ох уехал мил в поля,
А я в жо —
А я в жены не вязалась,
Я не це —
Я не целый год ждала.
Как на ху —
Как на хуторе заречном
Выйдешь сра —
Выйдешь — сразу зреет рожь.
А ебу —
А я буду ждать тя вечно,
Коль на ху —
Коль на хутор ты придешь —
Я муде —
Яму девица сказала.
Не манди-Неман дивная река.
Как ебу —
Как я буду с им купаться —
С толстым ху —
с толстым — худенька така?
Я муда —
Яму дал колхоз телегу,
Дарит сра —
Дарит сразу мне цветы:
Я пошлю —
Я пошлю с телегой сватов,
И въе —
И в ее залезешь ты.
Запизде —
Запись сделали мы в ЗАГСе,
Сразу сра —
Сразу — с раннего утра.
Палец в жо —
Палец в желтое колечко, —
Заперде —
Запер девку навсегда.
Я мудох —
Яму доктор наш колхозный,
А заму —
А за лугом тако рек:
Иди сра —
Иди с радостью с женою
На говно —
Нога в ногу целый век!
Эту песню с самозабвением пели в 1995 году в Америке, на «Бледнолицем» озере, участники группы «Зоряйне», к которым я примкнул. У меня нет непосредственно съёмок этой песни, но я вам клянусь, что они пели про Неман – дивную реку, потому что память моя хранит всё, почти как швейцарский банк. Просто следующей песней тогда была «Тыж мене пидманула» и я её и снял.
Была ещё одна неприличная песня – стишок на ту же тему про то, что неидентифицированному отцу сделали пару туфель индивидуального пошива в неидентифицированной же мастерской.
ПАПЕ СДЕЛАЛИ БОТИНКИ
Папе сделали ботинки,
Не ботинки, а картинки,
Папа ходит по избе
Бьет мамашу по …
Папе сделали ботинки,
Не ботинки, а картинки,
Папа ходит по избе,
Бьет мамашу… Папе сде…
Ну и, само собой , фольклор нашего детства состоял из множества других маленьких прелестей типа:
А в рот тебе компот! (кило печенья)
А ху-ху не хо-хо?
Обстул Хуем-бей.
Пошел ты на хутор бабочек ловить!
Сунь-хуй-в-чай-и-вынь-сухим
Ты уху ел?
Эфиоп твою мать!
И так далее и тому подобное.
Отдельно надо сказать про Ивановну. У Оноховых, которые жили всё в том же единственном каменном доме на всю округу в Совхозном шоссе, была пластинка.
http://dg52.mycdn.me/getImage?photoId=532781475985&photoType=3
Я не знаю, как она называлась и о чём, собственно, пелось в этой песне, только там были такие строчки, певшиеся на манер частушек колхозного славославия женским фальцетом.
От частушек настоящих, конечно, там ничего не было, а была какая-то патриотическая дурь о чём-то типа прославления героев труда.
И в этой песне была строчка: « А у Ивановны звезда горит».
То есть имелось в виду, что какую-то простую трактористку-колхозницу наградили званием Героя соцтруда и вручили золотую звезду, которая горела на груди, когда на неё падал свет.
Оноховы клялись и божились, что они поцарапали пластинку именно в том самом месте (хотя как это можно было сделать без оцифровки записи, которой тогда по понятным причинам не существовало, или хотя бы без рассмотрения пластинки на 75 оборотов под микроскопом я решительно не понимаю). Но они упорно утверждали, что заменили слово «звезда» на звучащее примерно так же, но означающее женский половой орган в грубой интерпретации. Мне лично ни разу не показалось, что я слышал именно это слово – просто да, на причинном для пластнки месте был сбой...
Что это была зе песня про Ивановну я даже в сегодняшнем Интернете не сумел неайти ни одного следа... Да так ли это важно?
Были ли в нашем детстве приличные стихи или песни, спросите вы. Конечно были. Просто они хуже запоминались по сравнению с матерными. Если я я сильно постараюсь, то вспомню.
Ещё запомнилась песня, заглавия которой я совершенно не понимал. Что такое «Гоп со смыком» мне было совершенно не просечь, да я как-то и не задумывался.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
