Продолжение. Начало:
http://montrealex.livejournal.com/1206771.html
http://montrealex.livejournal.com/1209106.html
Для человека с Запада, однако, совсем непросто проникнуть под политическую кору члена партии или любого официального советского лица, чтобы различить, кто есть искренне верящий в коммунизм, а кто нет. Таких называют «коммунистами-редисками» (сверху красный, внутри – белый), по выражению одного русского.
Большинство коммунистов при встречах с людьми с Запада выставляют перед собой такую догматичную версию партийной линии, что нормальный диалог невозможен. Возможно, это есть их защитная реакция, поскольку откровенный разговор в присутствии гидов, переводчиков и других официальных лиц слишком рискован для них. Я помню своё раздражение по поводу того, как один человек постоянно занимал во время пресс-конференции, которую я организовал, совершенно твердолобую, непреклонную позицию и сильнейшее моё удивление, когда я узнал, что этот человек вошёл в контакт с другим американцем для попытки побега на Запад. Его резкие отповеди служили всего лишь прикрытием. Москвичи шутят по поводу барьера, который стоит на пути западного человека, пытающегося узнать, что русские думают на самом деле. Согласно этому анекдоту, один американский учёный, приехавший в Москву, спрашивает русского коллегу, что он думает о Вьетнаме. Русский отвечает дословной выдержкой из статьи в «Правде». Американец спрашивает его о Среднем Востоке, тот цитирует «Известия». По всем другим темам американец получает точно такой же результат. Наконец он выпаливает в нетерпении: «Да знаю я, что пишут «Правда», «Известия» и другие газеты! Что вы сам-то думаете?»
«Я не знаю», - отвечает русский, - «Кажется, я не согласен сам с собой».
Но некоторые русские, которых мне довелось узнать поближе, рассказывали мне, что их реверансы в сторону Ленина помогают извлечь некоторую персональную выгоду. Один филолог, часто бывающий за границей, упомянул экскурсию «Ленинским путём» (любимый партийный лозунг). (Здесь Х.С. немного ошибается. Экскурсии и турпоездки такого рода назывались «По ленинским местам», а когда Хедрик говорит про «ленинский путь» или, если угодно: «тропу Ленина», он пишет в оригинале «On the Leninist path», что вполне, на мой взгляд, может быть, и было лозунгом, (потому что этой дорогой Ленин сотоварищи топал к большевистскому перевороту. То есть тропа его была символичной, а места, по которым он шнырял, были реальными – прим. перев.), организованной советской туристической монополией (Интурист – прим. перев.) к местам, где Ленин жил или работал. Он сказал, что несмотря на сильную дозу пропаганды, такие туры были очень популярны, потому что позволяли побывать в Германии, Польше, Чехословакии, Финляндии и, реже, в Швеции, Швейцарии, Франции, Британии или Бельгии.
Все эти страны Ленин посещал, но они обычно находятся вне пределов досягаемости простых советских людей. Один общительный рабочий завода из провинциального города, расположенного недалеко от Москвы, рассказал мне о случаях, когда группы рабочих его завода или работники других предприятий, нанимали автобусы для того, чтобы поехать на экскурсию в музей Ленина, а по прибытии говорили своим руководителям групп, что музей их не интересует и что они лучше пойдут по магазинам. Обычно, по его словам, групповоды соглашаются на это с тем, чтобы после обеда заскочить ненадолго в музей ради соблюдения формальностей, но некоторые группы не делают и этого. «Такое положение дел устраивает всех», сказал мой молодой знакомый. «Групповоду оплачивают как за рабочий день, народ затаривается в Москве товарами, что очень важно для семьи, а коммунисты, работающие в Музее Ленина, отчитаются о том, что рабочие изучают «ленинское наследие».
Сделать реверанс в сторону Ленина является излюбленным методом некоторых либеральных интеллигентов, которые хотят расширить лимиты своего литературного или художественного творчества. Ленинскую тему подчас эксплуатируют для того, чтобы получить доступ к экспериментаторству в творчестве. Однажды вечером Мстислав Ростропович, виолончелист, который был отлучён от концертов из-за поддержки Александра Солженицына, появился на сцене московской консерватории с исполнением «Венгерской сюиты» Арама Хачатуряна. Программу открыла оркестровая ода Ленину, проложившая путь на сцену Ростроповичу. Как прокомментировал это событие один любитель музыки: «Кое-что для партии и кое-что для нас».
Много лет журналисты, учёные, писатели знают, что обильно цитируя Ленина в своих работах, особенно в начале и в конце, они порой могут написать текст, который без этого вызвал бы у цензоров вопросы. Один западный учёный, например, рассказывал, что читал книгу об Африке, написанную специалистом – международником и нашёл её очень хорошо написанной, за исключением множества никак не связанных с предметом описания цитат из Ленина. Когда мой приятель-учёный разговорился об этом с автором, тот с откровенной прямотой ответил: «Ну да у меня есть редактор, это он вставил цитаты». Весьма успешный журналист – фрилансер рассказал мне, что провёл много часов над приспособлением цитат из ленинских работ к своим статьям, что делало их более приемлемыми для цензоров.
В ходе обучения советские студенты никак не могут избежать солидной дозы облучения партийной историей, догматизмом и ленинианой. Но очень немногие из них способны почувствовать тягу к овладению основами этих доктрин. Некоторые интеллигенты даже считают рискованным очень хорошее знание талмудических ленинских формулировок. Я слышал, как один учёный советовал сыну – студенту не быть скрупулёзно точным в использовании ленинских цитат, которые могут доставить ему неприятности, так как официальные лица знают работы Ленина намного хуже его и могут почувствовать себя не в своей тарелке, если услышат незнакомые им самим цитаты. «Ты можешь знать Ленина слишком хорошо, чтобы это принесло тебе пользу» - предостерег его отец. Другой интеллигент, писатель и член партии, но вместе с тем человек, склонный к критическому мышлению, уточнил для меня это замечание некоторое время спустя. «Работы Ленина знать хорошо. И это нисколечко не опасно. Что опасно, так это сравнивать ленинские работы и идеи с реалиями нашей сегодняшней жизни». Сама эта излишняя зацикленность на Ленине является аберрацией. Большинство студентов откровенно скучают на лекциях по истории партии и даже хвастаются тем, что быстро забывают весь этот ленинский катехизис после сдачи по нему экзамена.
Тем не менее, это повсеместное безразличие практически никогда не выливается в публичный протест и даже не ведёт к простодушным насмешкам. В стране находятся миллионы изображений Ленина, но я ни разу не видел, чтобы его лицо было измалевано какими-нибудь граффити, типа кто-нибудь пририсовал бы ему усы, и никогда не слышал о таких случаях. В этом смысле Ленин неприкосновенен. Только однажды я стал свидетелем проявления публичного сарказма, направленного против культа Ленина. К тому времени я и сам настолько пропитался условностями советского политического окружения, что тут же испугался за тех, кто этот акт совершил.
Как-то раз майским вечером ближе к полночи, три молодых пары присоединились к группе иностранных туристов и других гуляющих, чтобы посмотреть на смену караула у Мавзолея. Молодые стражи в форме КГБ чётко выполняли обычную процедуру: медленным гусиным шагом маршировали из кремля по Красной площади. Свободная рука описывала широкую дугу, а винтовка с пристёгнутым штыком балансировала на ладони другой руки, вытянутой вперед, после чего, на подходе к Мавзолею, выполнялась серия резких и быстрых поворотов, в ходе чего прежние часовые были сменены на новых. Когда старая смена маршировала таким же гусиным шагом, эти три пары молодых людей стали саркастически скандировать: «Molodtsi! Molodtsi!» Во время спортивных матчей такие возгласы являются криками ободрения. Но в данном случае молодёжь хихикала и была явно настроена саркастически и у них скорее получилось нечто вроде: «Ах, какие мы крутые, надо же!» Это граничило со святотатством, принимая во внимание место, где происходило действие. Я уже настроился увидеть, как их уводит милиционер, но, очевидно, их крики затерялись в гуле толпы, которая с разговорами расходилась к тому времени.
Для многих противоядием культа Ленина является юмор, который делится только с верными друзьями и часто, как я заметил, только после того, как дверь на кухню закрывается или шторы задёргиваются. Проблема для понимания этого юмора иностранцами состоит в том, что он плохо переводится, потому что львиная доля его состоит из образов, которые приобретаются благодаря хорошему знанию советской истории, персоналий и помпезных особенностей пропаганды.
Одной из частых мишеней юмора является официальная практика присвоения всего хорошего Ленину, поэтому была выдумана поговорка: «Прошла зима, настало лето, спасибо Ленину за это». Ещё одна шутка высмеивает положение о том, что Ленин должен быть постоянным компаньоном настоящего коммуниста. Для счастливой коммунистической семьи была выдумана реклама трёхспальной кровати под маркой «Ленин с нами». Для третьей шутки, направленной против без умолку повторяемой революционной риторики, были изобретены подарочные настенные часы, где вместо обычной кукушки, выскакивающей из дупла каждый час, появлялся бронепоезд, на котором Ленин приехал в Россию через Германию (надеюсь, вы поняли, в чём ошибка Хедрика: он употребляет термин armored railroad car, (вагон бронепоезда), которого у Ленина в биографии, как мы все знаем, не наблюдалось. У него был в анамнезе были пломбированный вагон и броневик, на котором он стоит у Финляндского вокзала и по сей день - прим. перев.) Из окна вагона высовывается Ленин и кричит: «Ку-ку!» Другие шутки, часто очень злые, высмеивают вежливую манеру Ленина отдавать приказ о расстрелах, или намекают на выдуманный любовный треугольник с Лениным, Надеждой Крупской, его женой, и «Железным Феликсом», польским революционером, который руководил Cheka, как в то время называли тайную полицию. Кто – то ещё смеётся над постоянно вспоминающими, что они видели Ленина людьми, с целью, чтобы на них пал отсвет славы великого вождя.
В одном анекдоте рассказывается, как муж приходит домой и застаёт жену в постели с мужчиной. Муж впадает в ярость. Но не от того, что жена ему изменяет, а оттого, что этот мужчина – седобородый старик.
«Как ты могла взять в любовники такого старика?» - возмущается муж.
«Зато он видел Ленина» - говорит жена в оправдание.
Западные читатели редко встречают даже толику юмора на счёт Ленина, потому что советские власти настолько трепетно относятся ко всему, написанному про него в иностранной прессе, что журналисты, пишущие для западных изданий обычно рассматривают эту тему как табуированную.
Джузеппе Йоска, автор нескольких книг, умер в 2014 году
Итальянский журналист Джузеппе Йоска из газеты «Корьере дела сера» попытался пошутить на эту тему в начале 1972 года и дорого заплатил. В статье, которую он посвятил культу Ленина, он написал, что самым распространенным типом статуи Ленина является монумент с поднятой, во время произнесения речи рукой, что создаёт впечатление, что Ленин ловит такси, которые так трудно поймать в Москве, и сравнил его культ с культом Муссолини в Италии. Эта статья вызвала череду атак на Йоску в советской прессе, многочисленные угрозы и устрашающие телефонные звонки. МИД СССР обвинил Йоску в сексуальных домогательствах к секретарше, предоставленной советским правительством и прошедшей проверку в КГБ, что тот категорически отверг, а секретаршу уволил, обвинив его в заговоре с целью подставить его для милицейского преследования. Сотрудники КГБ ходили за ним и его дочерью и женой буквально по пятам и делали снимки их и его с близкого расстояния, опять же в целях запугивания. МИД надавил на посла Италии Федерико Сенси с тем, чтобы Йоску отозвали из России. И он, и газета испытывали давление в течение нескольких месяцев. Наконец, в 1973 году, он уехал из Москвы. Согласно другим итальянским корреспондентам, газета согласилась заменить его на менее политически активного репортёра.
***
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
